Поднимались на Хан–Тенгри, а думали о Победе...

Кыргызско–российская команда Red Fox Asia установила мировой рекорд, совершив первое в истории альпинизма зимнее восхождение сразу на два семитысячника — пик Хан–Тенгри и пик Победы.
Такое дерзкое по смелости и мужеству преодоление человеческих сил и возможностей — из ряда побед челюскинцев в прошлом веке! Но у нас, в Кыргызстане, пока, кажется, не поняли, что они герои нашего времени — кыргызстанцы капитан команды Сергей Селиверстов, Михаил Даничкин, Семен Дворниченко, россиянин Алексей Усатых.
Вся мировая альпинистская община гудит: невероятно, невозможно, молодцы...
Пик Хан–Тенгри и пик Победы — два самых северных семитысячника. Температура там за –50 градусов, ветер достигает 60–80 км/час. И в таких погодных условиях весь маршрут команда преодолела без поддержки и сопровождения, без вертолета, хотя уже высота 6 тысяч км над уровнем море считается линией смерти из–за кислородного голодания.
Корреспонденты “Вечерки” встретились с ребятами через несколько дней после спуска. Пока они проходят реабилитацию: спят, едят, восстанавливаются. Пальцы ног и рук у одного из наших героев перебинтованы, но акцентировать на них внимание он отказывается: верит, что все обойдется.
— В горы ходим вместе давно, у каждого из нас — своя специфика: кто–то любит подниматься на скорость, кому–то ближе маршруты на сложность. А в прошлом году надумали пройти все пять семитысячников. В Советском Союзе таким альпинистам давали звание “снежные барсы”, но зимних “снежных барсов” в истории еще не было. Весь год готовились. В экспедиции месяц жили автономно, рассчитывали только на себя. Когда зашли на Хан–Тенгри, уже знали, что пойдем на Победу, — рассказывает Семен Дворниченко.
— Спустились с Хана, три дня отдохнули, и вперед — на Победу. Каждый участок был трудным по–своему: где–то шли, где–то вгрызались в каждый метр, пробивали дорогу в снегу по грудь... А сегодня уже все мысли о том, где взять денег и как организовать следующую экспедицию на семитысячники, заходить на которые надо с территории Таджикистана. Там вертолет нужен, пешком не прогуляешься. Где найти единомышленников?.. — вздыхает Михаил Даничкин.
Чтобы они стали настоящими “снежными барсами”, надо покорить еще три вершины: зимние “снежные барсы” — это 5 вершин: пик Ленина — 7134, Хан–Тенгри — 7010, Корженевской — 7105, Коммунизма — 7495, Победы — 7439.
Достижение наших спортсменов уже вошло в историю. Они настоящие, а не виртуальные Рэмбо, патриоты Кыргызстана.
Понимаешь, что у этой четверки характерец еще тот, когда вчитываешься в строки их отчетов об экспедиции.

Подъем на Хан–Тенгри...
Из дневника Семена Дворниченко:
“Зимой на Хан пешком? Да вы с ума сошли, конечно, поеду!
Подготовку начали заранее. Летом, пока летал вертолет, сделали заброску в базовый лагерь. Около 150 кг еды и снаряги.
13 января 2017 г. считаем официальным началом экспедиции. На улице –28. Что–то холодно, что же наверху нас ждет?
21–23 января. Сидели отдыхали, ждали погоды — она начала резко портиться. 25–го обещают ветер 90–10 км/ч. Каждый день прогнозы меняются, от былой стабильности не осталось и следа. 23 января надоело сидеть, решили 24–го выходить.
24 января с базы поднялись до 5300. Поставили палатки.
26 января. Вышли в 7 часов. Хотя и шли налегке, но вяло. Семитысячник без акклиматизации. Однако... Но идем.
Вот и купол. До вершины еще чуть–чуть. Солнце высоко. Сколько времени, не знаю, лезть за часами лень. Сильно не тороплюсь, не изнуряю себя. Парней не вижу, наверное, сели отдыхать. Не стал их ждать и продолжил движение, на вершине подожду. Погода отличная, солнце светит, ветра нет. Красиво так, что мой уставший от недостатка кислорода мозг все равно умудряется наслаждаться видом. Не подождал я парней на вершине. Начало поддувать, несильно, с ног не сбивало, но холодно стало сразу. Достаю телефон: время 16.40. Ох ты, думал, максимум 14 часов. Это плохо, очень плохо. В 19 уже полностью темнеет.
Быстро делаю селфи, отправляю послание родным и скачу вниз. Встречаю парней.
— Не поздновато?
— Поздновато, но аккуратно спустимся с фонариками.
— Ждать не буду, замерз. Моему младшему сегодня — годик, чтобы в этот день без происшествий.
— Поздравляю.

...и спуск: удар, еще удар
Я побежал вниз, стараясь засветло спуститься как можно ниже. Стемнело полностью, когда я был на 6400. Сел, отдышался. Достал фонарик. Провод от фонарика замерз и переломился. Очертания скал только на фоне снега можно различить. Спускался вслепую. Поднялся ветер. Еще до первого удара понял, что веревка оборвалась, — меня развернуло вниз головой. Группируюсь. Дело плохо, очень плохо. Надо цепляться.
После пятого удара удалось удержаться. Минут пять лежал, офигевая от своей крутости. В каком месте склона приземлился, сколько пролетел, какая крутизна, вообще ничего не видно. Лежу, смотрю на звезды. Пошевелил конечностями, головой, вроде все цело. 22 слоя одежды, что была на мне, сделали свое доброе дело. Встаю, но порывом ветра сбивает с ног и срывает шапку. Она улетает. Сейчас у казахов, наверное, где–то лежит. Натягиваю капюшон. Надо дождаться парней. Но через пять минут понимаю, что необходимо двигаться. Потихоньку спустился до гребня. Ветер усиливается, но терпимо.
Перед перемычкой парни догоняют меня, и мы благополучно спускаемся в пещеру. К 10 вечера уже отдыхали.
27 января. Проснулись в 10 утра. Посовещавшись, решили остаться в пещере и спускаться завтра. Идти не хотелось. Порадовали случайно найденные лепешка и корка хлеба. Мы их на пару размочили и получили свежий хлеб, которого очень недоставало.
28 января. В 8 утра выдвинулись из пещеры. Скорость была очень низкой. Рюкзаки не давали разбежаться.
Еще не спустившись с Хана, были уверены, что рванем на Победу. Решили: отдыхаем три дня и выдвигаемся. Настроение у всех боевое.

На Победу!
1 февраля. Вышли с базы. По пути в лагере “Ак–Сай Трэвэл” догрузились газом и едой. В этот день подошли под маршрут.
2 февраля. Погода отличная. Успели дойти до пьедестала (5100). Сильно тормозят многочисленные берги (ледниковые трещины под склоном горы), которые приходится перелезать. До штурмового лагеря двигались в одной связке, на сложных участках первый крепил перила, остальные по ним выбирались.
3 февраля. Пасмурно. Ветра нет. Поднялись до 5600. Вырубили места под палатки. Фирн (жесткий снег) был очень крепким. Хорошо, что взяли пилу, очень пригодилась. Из выпиленных снежных кирпичиков сложили стенки для защиты от ветра.
Пошел снег. Если его выпадет много, то спускаться будет опасно. Решили довериться прогнозу, что он будет идти два дня по 5 см в день. Гребень с 5900 до 6200 сложный. С одной стороны — огромные карнизы, с другой — крутой снежный склон, страховку соорудить проблематично. Крались как по минному полю. Дошли до 6100.
5 февраля. Снег продолжает идти. Давит на нервы. Прошли весь гребень, на скальный треугольник (6200) вскарабкались по скалам. И пошли вверх до очередных сераков (ледниковые глыбы). Их мы успели пролезть, и сразу стемнело. Палатку ставили в темноте на 6500.
6 февраля. Снег перестал идти. За два дня ни одной лавины. От палатки ко второму предвершинному гребню идем практически траверсом. Иду первым. Потихоньку дошли до 6950 м. Гордо назвали его лагерем на 7000 и поставили палатку. Самочувствие, на удивление, отличное. Завтра штурм.

Штурм: нога — нога — ледоруб
7 февраля. Расслабились, долго собирались. Вышли в восемь. Поднявшись метров на 100, уперлись в берг, после начинался крутой снежный склон, на который побоялись выходить, и ушли на скалы, оказавшиеся более крутыми, чем выглядели снизу. Высота — 7200. Крик Сергея: “Семен, вниз. Ветер сильный. Сегодня не успеем!”. Спустились. Обсудили ситуацию.
8 февраля. Подъем в 4.00. Несмотря на все усилия, выйти раньше семи не получилось.
На жестком снегу максимально сосредоточен: нога — нога — ледоруб. Все поочередно. Да и торопиться не хочется. Вот уже гребень рядом. Снега по грудь. Серьезно! Крутизна склона увеличивает глубину. Барахтаюсь, как муха, не могу сдвинуться с места, сил не хватает. Через некоторое время приноравливаюсь. Забиваю повыше себя ледоруб, подтягиваюсь на руках, продавливаю коленями снег, утаптываю. Не знаю, сколько времени я тропил эти 20 метров, но силы потратил все. И вот он, гребень. Последние 4 метра — жесткий фирн–стенка, уже все равно, какой он крутизны. Выхожу на гребень! Наконец вижу солнце! Со второго февраля не видели его. Оно пытается согреть меня, но ветер не дает. Стал замерзать. Сделал фотосессию. Время 12.30. Красота! Можно полюбоваться Китаем и совсем не торопиться. Было бы только потеплее... Вижу парней, они уже рядом. Сходили на вершинку. Еще сделали видео и фото. Время 14.
9 февраля. Конденсат. Как же он уже достал! Спальники промерзли насквозь. Укрываемся льдом, получается. Встали в 4. Третья ночевка на 7000 м дает о себе знать. Рекорд по утренним сборам — 5 часов. Встали в 4, вышли только в 9. Туман. Спускаемся по GPS. На восхождении прихватило большие пальцы на руках. С веревкой работать больно. Практически весь путь иду со сжатыми кулаками. Парни помогают. На 6200 на скальном треугольнике началась метель. Снег в лицо, порывы ветра сбивают с ног. В такой “романтической” обстановке спустились со скал на 5600, где оставляли палатку и вещи. Ничего не нашли. Ветер скоро утих.
10 февраля. Ночь была очень холодной. Ноги, руки, все мерзло. Собрались. Пошли. Снега много. Даже вниз тяжело идти. В 14 часов спустились на ледник. В 18 дошли до Ак–Сай–базы. Поели. Пошли в наш домик. А там — ананасы и коньяк. Поздравления.
11 февраля. Утро. Лежу. Прислушиваюсь к себе. Ног не чувствую! Плохо. Снимаю носки — пальцы синие. Звоним в город. “Вертака не будет, постарайтесь сами”. Решили не отдыхать два дня.
12 февраля. В 6 я рванул напрямую вниз. Парни пошли через Ак–Сай–базу. После сеанса связи посеял рацию и дальше шел в полном одиночестве. В 21 пришел на Мерцбахера, пройдя более 30 км. В хижине нашел еду. Газ у меня был. Видимо, парни и заночевали в палатке. Лег спать. Решил, что, если не придут к девяти часам, буду пробиваться к чабанам. В 2 парни пришли. Подушатанные. Но молчат, терпят. Прошли более 35 км с тяжелыми рюкзаками.
13 февраля. Встали в 6. Вышли в 10. Движения замедленные. Собираться тяжело. Но проснулись и резво к вечеру доскакали до машины. В этот раз вахтовка пробилась к самому леднику. Трудно описать чувства, когда увидели ее. По отчетам треккера, за экспедицию мы прошли более 200 км. Конец экспедиции”.
Команда альпинистов выражает огромную благодарность людям, помогавшим в подготовке к восхождению: В.В. Александрову (туркомпания “Эдельвейс”), Е.А. Калашниковой (туркомпания “Ак–Сай Трэвэл”), компании Red Fox в лице Ольги и Влада Мороз.

Светлана ЛАПТЕВА
Вечерний бишкек
№25 (11198) 3 марта 2017 года


Kyrgyzstan travel